Форум по теме охота,рыбалка,спорт,кладоискательство,антиквариат,оружие,армия,политика,кино,наука,музыка,танцы,рукоделие,компьютеры,общение
http://uvlecheniehobby.ru-лучший сайт по хобби,охота,рыбалка,спорт,армия,оружие,антиквариат,кладопоиск,нумизматика,общение,встречи,политика,новости,купля-продажа,наука,образование,культура,компьютеры,электроника и многое другое.
Центр социальной адаптации для зависимых Логос
Гарант Шурыгин Артёманонимные прокси




html clock code часы html на сайт

www.uvlecheniehobby.ru$5387$5387Сколько стоит ваш?

.

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера.

Компьютерные программы и обучение.

Модераторы: ryururu, Золотунчик

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера.

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:29

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера.

*
Проигравший сейчас станет первым потом.

Предисловие

Моя жена уверена, что эта книга посвящается ей. Мама считает, что я написал свою историю потому, что не могу сидеть сложа руки, и потому, что пытаюсь разгадать головоломку, которая не дает мне покоя уже много лет. Мой лучший друг убежден, что я ненормальный, раз рассказываю такое. Что я даже в тюрьме жажду славы и хочу напомнить о себе в том мире, в реальность которого с каждым днем все меньше верю. Мой редактор думает, что я надеюсь на помилование…

Эти люди хорошо меня знают, понимают и порой читают мои мысли. Но правда заключается в том, что эта книга написана для тебя и только для тебя. Я не такой идиот, чтобы верить, что меня, трижды судимого, виновного по всем статьям, особо опасного и т. д., возьмут и отпустят. И я не лицемер, чтобы писать здесь, что заслуживаю этого.

Я буду сидеть десять лет. Моя красавица жена, скорее всего, бросит меня. Мой любимый дед, который меня воспитал, умрет, так и не увидев меня на свободе. Мать состарится, больше от горя, чем от возраста. Для друзей я стану призраком, с которым не о чем говорить и как-то неловко делиться радостью от рождения ребенка или впечатлениями от путешествия. Я сам изменюсь, стану психом с желтой кожей и плохими зубами. Моральным уродом, нервным, злым и жестоким. Мою жизнь уже не спасти и не изменить. Но твоя судьба может быть другой…

Глава 1

Достучаться до небес

Наиболее важным критерием любого бизнеса является прибыльность, и киберпреступления не являются исключением.

Евгений Касперский

Меня зовут Сергей Павлович. В Сети меня многие знают как PoliceDog, panther[757], Fallen Angel, diplomaticos. Говорят, я украл $36 млн. Куда бы ты потратил такие деньги? Возможно, с миллионами твоя жизнь была бы особенной, яркой и счастливой? Ты мог бы сделать свою самую сумасшедшую мечту реальностью? Я тратил деньги иногда бездарно, иногда очень умело. Самый красивый способ расстаться с деньгами — это, конечно, женщины. Но самый приятный и, наверное, правильный — стать Санта-Клаусом. Спасти жизнь тяжело больному человеку, оплатив ему операцию в Германии, маме — новую машину, племяннику — компьютер и скутер, маму своей герлфренд отправить в сказочное путешествие к океану, туда же — маму своей бывшей герлфренд. Дать в долг, зная, что не вернут. Исполнить чью-то мечту иногда приятнее, чем свою… Такие мелочи, но я скажу: клево быть Сантой. А лежать на нарах и смотреть в облезлый потолок пятнадцать часов в сутки — совсем не клево. Но я лежу и смотрю… В этот момент мне плевать, что меня арестовали, что я в камере с еще тринадцатью зэками, что меня могут «закрыть» на многие годы. Не страшно. Хочешь — верь, а хочешь — не верь.

Наверное, в тот момент мозг благополучно эвакуировал меня из той ситуации, в которой я оказался. Я ничего не слышал и не видел вокруг себя. Вместо серого потолка перед глазами была картина: Дима выглядывает в окно, Катя у стола молча режет хлеб, Фидель рассказывает какой-то анекдот и пытается снять со стены голову кабана… Открывается дверь, и заходит этот мент, а с ним еще четверо в штатском… «Добрый вечер»… Вот и все… Я раз за разом прокручивал в голове этот момент: «Добрый вечер»… А что это значит? Что вообще все это значит, почему я здесь?! То есть понятно, что «вор должен сидеть в тюрьме», но я был так осторожен… Я был суперосторожным Сантой!

Возможны два варианта: первый — я все-таки ошибся. Второй — меня кто-то сдал. В горле застрял комок. Если кто-то меня предал, то это мог быть только близкий человек. А значит, нет. Это невозможно… Я закрывал глаза и вспоминал: последние сделки, клиенты, дампы, PIN-коды… Где я мог проколоться? Чем больше я лежал под серым потолком, тем больше начинал верить в предательство. Я, как Агата Кристи в каминном детективе, подозревал каждого. А детектив у нас действительно получался каминным. В этот момент («добрый вечер») я доставал шампуры с готовым шашлыком из камина. И все, кто в этот «добрый вечер» был на даче, так или иначе крутились в гостиной возле огня.

Мы были в деревне Липень в 100 километрах от Минска. Наша дача — крайний дом на улице. За ним начинался бесконечный лес с дикими кабанами и лисами, где мой дед всю жизнь служил лесничим. Это была дача моей девушки Кати. Мы уже жили в столице, но в Липень постоянно мотались. Как же я любил эту дачу…

Две вещи казались мне странными. Первая: зачем нужно было арестовывать меня в тот момент, когда я уехал из Минска, и превращать задержание в выездную спецоперацию? Я ведь не скрывался. В Минске можно было приехать ко мне домой и точно так же надеть наручники. Только намного проще. А может, хотели меня арестовать в тот момент, когда я выпиваю в компании и расслаблен? Что ж, тогда надо было действовать двумя днями ранее, когда мы отмечали годовщину моего сайта DumpsMarket. На «день рождения» собрались серьезные кардеры со всего СНГ и не только. Я, как создатель DumpsMarket, был в роли именинника. Алкоголь лился рекой, на столах танцевали шлюхи, пацаны нюхали кокаин… Заявись менты на ту вечеринку — их ждал бы приятный сюрприз. Но почему-то преступный шабаш их не заинтересовал. А значит, они ничего не знали, оперативная информация на меня появилась внезапно.

Второй момент, который вызывал сомнения: в тот день, 16 сентября 2004 года, мы собрались в Липене небольшой компанией. Мы не обсуждали по телефону, куда поедем, я лишь сказал: «За город». Я никому не объяснял дорогу — просто выехали кортежем из Минска и через час были уже на месте. Я буквально на днях купил новый «мерседес» и с удовольствием гонял по белорусским дорогам, с качеством которых могут сравниться разве что немецкие автобаны.

— Старший лейтенант ***, ваши документы! Сергей Александрович, ваша скорость превышена на… Счастливого пути, Сергей Александрович! Внимательнее на дороге!

Знал бы этот лейтенантик, который тормознул меня за превышение уже почти в самом конце пути, что мой телефон прослушивается или, еще хуже, за мной следят, и он не стал бы брать у меня двадцать баксов. Но сейчас речь не о нем. Может, кто-то по телефону все-таки назвал адрес, и опергруппа поэтому рванула в Могилевскую область? Или и вправду за нами следили еще от Минска… Да фиг с ним! Узнать мое местонахождение ментам, пожалуй, было не так уж и сложно, при их-то возможностях. Хотя все равно странно…

Итак, гости. Герои моего каминного детектива.

= Катя — моя герлфренд (вообще-то она Катя номер два, но здесь, как хозяйка дачи, идет под первым номером).

= Дима Бурак, он же Граф, — мой двоюродный брат и самый близкий друг по жизни. С ним мы связаны не только кровью, но и многими общими делами. От брата у меня нет секретов. Он — моя правая рука.

= Сергей Сторчак, он же Фидель, — коренной одессит, приехал в Минск на годовщину DumpsMarket да так и остался. Понравилось ему у нас. 17 сентября у Фиделя день рождения. Его-то мы и отмечаем. Фидель — один из наших основных партнеров. Я ему не очень доверяю, поэтому дела с ним ведет Дима.

= Илья Сапрыкин, он же Postal. Двадцать три года, неглупый еврейский мальчик. Работал с нами и был в курсе многих дел. До знакомства со мной в основном занимался «обналом» по мелочам.

Вот Постал мог бы меня сдать. Информации у него хватало… И как же я забыл, что он ехал на дачу отдельно от всех! В последний момент откололся от компании, сказал, что есть дело в Минске… Мы уехали в Липень без него. И только через два часа, когда баня была уже вытоплена, а мясо для шашлыка нанизано на шампуры, темно-синяя BMW Ильи наконец закатила во двор.

Из машины вышла эффектная блондинка, тоже вроде Катя. «Так вот какое дело задержало его в Минске», — подумал я, с интересом разглядывая девушку. «Да черт, зачем я про нее вспоминаю! Блондинка точно не в звании, таких смазливых милиционеров не бывает». Итак, следующий номер…
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 2

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:31

= Подружка Сапрыкина, блондинка Катя.

= Кирилл Калашников, он же kaiser. Кайзеру всего 17 лет. Он нездешний. Работал с нами, но жил в России, в Екатеринбурге. Приехал в Минск тоже на годовщину моего форума и так же, как Фидель, решил остаться на party в Липене.

Помню, как пацаны взяли пистолеты и пошли на край двора стрелять по банкам. Я тоже стрелял и чаще других попадал. Это очень заводило. Я прыгал по резиновым колесам, вкопанным в землю вокруг клумб, падал, как дурак. У меня, наверное, было кислородное отравление. Дима выстрелил, а я сделал вид, что ранен. Проковылял несколько метров и упал на землю. Пальцы нащупали то место, куда вошла пуля, и прижали пульсирующую струйку крови. Чувствовалось, как бьется сердце, даже через куртку. По небу летели высокие облака. Осенью воздух такой прозрачный, обидно было бы умирать под таким красивым небом. Лежать на золотистой листве и остывать. Я закрыл глаза, меня уже не было. Может, и надо было умереть тогда. Но мне помешали. Сначала запах Euphoria от Calvin Klein, потом теплые влажные губы. Когда я открыл глаза, неба уже не было. Все закрывало Катино лицо. Огромные нежные глаза. Одного такого взгляда достаточно, чтобы сердце встало.

— Ты меня любишь?

— Люблю Катю. Ты Катя?

Мир стал живым и безопасным, как на холсте.

Нет, Катя не смогла бы предать. Хотя у нее на то были причины. Я ей изменял, я ее не любил, я… разве этого недостаточно?! В тот момент, когда к нам в дом вошли люди в штатском, она одна не растерялась. В ответ на «добрый вечер» подошла вплотную к этим типам:

— Здравствуйте. В чем дело?

— Милиция. Чей это дом?

— Моего отца…

И она зачем-то повторила наш адрес, спокойным голосом назвала фамилию, имя и отчество своего отца — владельца дома. Меня это успокоило. Как будто мы думаем, что они ошиблись и в темноте перепутали деревенскую хату, а на самом деле шли в гости к трактористу напротив или хотели спросить у соседки парного молока… А у нас коровы нет, самогона тоже. До свидания, ребята. Но менты не спешили уходить.

— Вы стреляли? Соседи пожаловались, что слышали выстрелы, — объяснил причину своего визита единственный из всех милиционер в форме. В его руке почему-то был табельный «макаров».

— Мы стреляли по банкам из пневматики, — начала было Катя таким же спокойным и рассудительным тоном, но Илья Сапрыкин ее перебил и затараторил:

— А хотите, я сбегаю в машину? Я вам покажу, из чего мы стреляли. А вы знаете, что на пневматику не нужно разрешение?

Вот дебил-истеричка! Это даже ребенок знает, что пневматика без лицензии, а уж мусора и подавно. Тем, похоже, надоело ломать комедию. Я не успел моргнуть глазом, как один из «мэн ин блэк» подошел ко мне и надел наручники. Всем сказали не расходиться, быть в одной комнате.

Дима выглядел испуганным. Сидел на подоконнике молча и смотрел на меня, как бы спрашивая: что делать? Среди нас, братьев, я всегда был старшим. Хотя на самом деле Дима родился на три месяца раньше меня.

Нет, Дима не предатель. Он скорее руку себе отрежет. Он повязан со мной по всем делам. Кто-то предал нас обоих. На Диму, правда, не надели наручники. Последний раз я видел брата в отделении ГУВД Минска. Нас по одному допрашивали. Дверь случайно приоткрылась — Дима сидел в кабинете напротив. Он помахал мне рукой, мол, все будет хорошо. Я заметил, что пальцы у него в черной краске, как и у меня. У Димы точно нет никаких причин (никакого мотива) меня топить…

Или есть? От мысли, которая пришла мне в голову, стало дурно. Серый потолок камеры СИЗО поплыл, появились круги. Это что, слезы? Я попытался взять себя в руки: нельзя становиться параноиком. Другой голос внутри моего сознания возразил: «Но и никаких деталей упускать нельзя! В жизни случается и не такое, поэтому учитывай все». Я зажмурился и стал вспоминать.

Девять месяцев назад… Новый год…1 января 2004 года там же, на даче, я впервые просыпаюсь в одной постели с Катей. У нас был спонтанный секс. И теперь мне неловко. Потому что Катя много лет была девушкой моего брата. Они недавно расстались, не знаю, из-за чего. Насколько там все серьезно — тоже не знаю. Катя спит рядом голая… На трезвую голову мне с ней стыдно лежать. Я тихонько встаю, чтобы не разбудить. Наступаю на что-то… Лифчик! Вот я мудак! Что, девушек мало? Тем более в Киеве у меня есть подружка. И не одна. Я спускаюсь по лестнице вниз, мне надо побыть одному. По закону подлости встречаю Диму, который моет посуду.

— Сигареты есть? — спрашиваю я у брата.

— Закончились. Давай тебе кофе налью? Хочешь есть? Могу курицу с картошкой разогреть.

— Блин, Дима! Восемь утра. Ты моешь посуду. И тебе не лень еще разогревать мне курицу? Я, конечно, не хочу ни разу. Но скажи, ты нормальный вообще?

— Ради тебя мне никогда ничего не лень…

Он сел напротив и улыбнулся так открыто и по-доброму, что я не удержался и сказал:

— Я переспал с Катей. Что мне делать?

— С твоей Катей? Вы опять вместе?

— Нет, с твоей Катей, вчера. Я был пьяный… Да нет. Дело не в том, что я… Она мне вообще-то нравится.

— Ну, она хорошая. Ты же знаешь.

Это прозвучало как благословение. К тому же Дима снова улыбнулся. Чувство вины, висевшее камнем у меня на душе, растворилось. Вместо него возникло волнительное предвкушение любовного флирта. Я думал: как хорошо, что есть брат. И есть мужская дружба. В то утро я все-таки съел кусок курицы, выпил кофе со сгущенкой, а за плитой нашлась пачка Marlboro. Мы сидели с братом на кухне, смеялись, вспоминали наше детство, школу, как мы слушали Deep Purple… Я всегда вижу людей такими, какими хочу. А может, Диме на самом деле в то утро было больно и он это скрывал? Тогда он мог бы и еще что-нибудь скрывать от меня…

Оперативники выразили желание осмотреть дом. Не обыскать, а именно осмотреть, потому что для обыска нужна санкция прокурора. Сапрыкин начал нервно крутиться по комнате, изображая из себя оппозиционера на демонстрации, права которого нарушаются, а он «будет жаловаться». Постал вполне мог быть стукачом… А его поведение — отвлекающий маневр, чтобы все видели, как он «ментов на место ставит». Позже он сник, ушел в себя, сидел и грыз ногти. У его подружки, казалось, было больше самообладания. Она, как проститутка, попавшая в отделение милиции, наблюдала за происходящим с достоинством и даже ухмылкой. Возможно, даже получала удовольствие от шоу. Понимала, что она здесь не участник, а зритель. Забегая вперед, скажу, что у этой девочки еще будет шанс побывать в нашей шкуре — ее отец Андрей Малышев, руководитель дилерских центров «Фиат» и «Альфа-Ромео», будет обвинен в неуплате таможенных платежей, сбежит из Беларуси, и его объявят в международный розыск.

Фидель молча курил. Сложно было понять, что у него на уме. Наверное, он думал: «Вот, блин, подарочек мне от белорусских друзей…»

Кайзер испуганно хлопал глазами. На его лице читалось: «Расскажу вам все, сдам всех, только дайте из Беларуси уехать».

Я много раз думал про возможный арест и даже пугал себя. Это как в детстве представляешь, что мама умерла, и сам себя жалеешь. Такая черта, за которую страшно заглянуть, но приятно осознавать, что можно в любой момент себя ущипнуть, и кошмарный сон уйдет. Но сегодня все по-настоящему. И я, признаюсь, был напуган. Мозг как будто выключили. Я сел на табуретку и попытался представить, что это сон. Тяжесть наручников тут же вернула меня в реальность. Внезапно я снова почувствовал запах Euphoria. На меня смотрела Катя:

— Зайчик, ты слышишь меня? Слушай. Что с тобой будет — неизвестно. Сейчас ты можешь сделать только одно: поесть. Потому что когда еще в следующий раз будет такая возможность… — на глазах Кати появились слезы. — Ну, ты, короче, понял…

В меня почти насильно впихивали плов, шашлык, салат. Горбушку хлеба Катя спрятала мне в карман куртки. Я наблюдал за ней и удивлялся, как быстро она вошла в роль жены декабриста.

«Пластик» нашли.

Тебе интересно, как оно — впервые оказаться в СИЗО?
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 3

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:32

Сначала «отстойник». Потом общая камера. В минском СИЗО пахнет квашеной капустой. Ни в одной спортивной раздевалке, ни в одной качалке ты не встретишь такого запаха. Ты будешь готов заплатить любую цену, лишь бы отсюда выбраться.

Я не мог есть, не мог спать. Ночью вместо сна я погружался в бредовое состояние. Даже во сне я искал выход, пытался обдумать сложившуюся ситуацию. Что говорить следователю? Как передать записку с важными указаниями на волю? Так прошло пять дней. 21 сентября я вконец вымотался и заснул. Провалился в темноту, где не было запаха капусты, сырых стен и тупого отчаяния…

Глава 2

Адвокат

— На, ознакомься, — какая-то незнакомая тетка швырнула на стол передо мной газетную заметку.

http://www.securitylab.ru/news/214385.php

Краснодарская милиция искала белорусского кардера по всему миру

22 сентября, 2004

17 сентября в Осиповичах (Беларусь) был задержан кардер, объявленный в международный розыск. Операцию по задержанию проводили Управление по раскрытию преступлений в сфере высоких технологий МВД Беларуси и ГУВД Минска. Молодого человека, подозреваемого в изготовлении и сбыте поддельных кредиток, сотрудники белорусских правоохранительных органов разыскивали с 2002 г. Помимо этого 21-летний белорус успел наследить в Украине, Бельгии, США и других странах. А ГУВД Краснодарского края он был объявлен в международный розыск «за совершение преступлений против информационной безопасности», сообщает «Советская Белоруссия». 21-летний житель поселка Гатово Минского района был задержан в Осиповичах на даче у своих знакомых. Задержание произошло в половине первого ночи. При обыске у кардера были обнаружены более двадцати поддельных банковских кредитных карт.

«Так называемый белый “пластик”, — рассказали в отделе информации и общественных связей ГУВД Мингорисполкома. — То есть карточки были с PIN-кодами, но без “опознавательных знаков” бан- но без “опознавательных знаков” банка-эмитента и платежной системы, голограммы и других степеней защиты». Сам он собирался ими воспользоваться или готовил на продажу, установит следствие. Но ни тем ни другим планам на этот раз не суждено было сбыться.

По сообщению БелТА, задержанный являлся руководителем международной группы хакеров и кардеров, которые похищали реквизиты банковских кредитных карт клиентов зарубежных банков, после чего переписывали их на магнитную полосу карточек. Обналичивались деньги, как правило, с помощью подставных лиц через банкоматы или магазины Беларуси, России и Украины.

— Нормальный такой послужной список. Что это за белый «пластик» и где ты брал PIN-коды к карточкам?

— Начинается… — я с недоверием посмотрел на нее. — Не успели познакомиться, а уже вопросы.

— Сергей Александрович, я, конечно, не следователь, но вопросы буду задавать схожие. Для того чтобы максимально хорошо защитить вас, я должна владеть всей полнотой информации. Понимаю, что вы можете настороженно отнестись к моим вопросам, наверняка в камере уже наслушались, что все адвокаты «шпилят на одну руку с мусорами», «ворон ворону глаз не выклюет» и т. д., — тетка ловко перешла на тюремную «феню», и даже голос у нее не изменился.

Я не был настроен на явку с повинной, и она сама только что назвала причину. Видимо, на моем лице это было написано, потому что адвокат вдруг встала и перетащила стул поближе к свету. Наконец я смог ее рассмотреть. Чуть полноватая женщина где-то под полтинник. Она могла бы по возрасту быть мне мамой. Высокий лоб, интеллигентские очки, старомодная прическа, огромные, наверное, от полумрака зрачки. И смотрит на меня не моргая, как кобра.

— Послушай, Сережа, меня нанял твой брат. Он очень за тебя беспокоится.

Если какие-то слова в этот момент могли выбить меня из равновесия, то моя адвокат их только что произнесла. Я неделю находился в СИЗО и ничего не знал о Диме. Я догадывался, что Катю отпустили сразу — она ведь совсем не при делах, но что с братом, где он, допрашивали ли его, куда повезли после ГУВД — ничего этого я не знал. Может, он вообще сидит в соседней камере и точно так же ничего не знает про меня…

— Значит, с ним все в порядке?

— Да. Ему ничего не угрожает. В отличие от тебя.

Я в который раз за свою жизнь подумал, что со мной происходит что-то нереальное. Прибитая к столу пепельница, лампа в лицо, чужая тетка… А где моя мама? Может, она меня просто обнимет, я расплачусь, как в детстве, попрошу прощения и меня отпустят домой? А может, я просто себя ущипну и проснусь в своей постели? Адвокат, видимо, прочувствовала момент и продолжила властно, уже на «ты», забыв мое отчество:

— Мне надо знать все как есть! Как ты узнал пароли от чужих кредитных карточек?

Я тихонько ущипнул себя под столом. Собрался с силами и посмотрел прямо в глаза моей «кобре»:

— Не так быстро. Можно взглянуть на ваше удостоверение?

— Да, пожалуйста, — она полезла во внутренний карман жилета и достала жетон с номером кабинета, в котором мы находились, и служебную «корочку».

«Нестерович Галина Аркадьевна, — прочел я в книжечке. — Юридическая консультация Центрального района города Минска».

— Ну что, убедился, что я не переодетый милиционер? — с улыбкой спросила Галина Аркадьевна.

— Мало ли…

— Тогда повторяю свой вопрос: как ты узнал пароли от чужих кредиток?

— Какие еще пароли?! Вы хоть какое-то представление имеете о том, что такое кредитная карта?

— Ну, кредитная карта у меня есть…

Адвокат попыталась отшутиться, но сама явно смутилась и наконец отвела взгляд в сторону:

— Если честно, я абсолютно не разбираюсь в компьютерах, а кредитная карточка у меня появилась лишь две недели назад.

Сверкнула молния замка, зашуршали какие-то бумажки, и из недр женской сумочки Галина Аркадьевна извлекла карточку.

— Можете спать спокойно. Это дебетная VISA Electron, самая распространенная карточка в России и Восточной Европе. С такой картой вам ничего не угрожает — ими кардеры типа меня редко интересуются.

— А какими интересуются?

— Теми, на которых есть деньги. Например, VISA Signature — я с них по $9900 за один раз снимал. «Бин» вроде 4 14750 был.

— Нехило! Ты в месяц сколько зарабатывал?

— М-м-м… Ну, где-то $30 тыс. (чуть было не вырвалось реальные сто).

— Значит, ты кардер… — задумчиво произнесла Галина Аркадьевна.

— Да. Карточные воры в своей среде называют друг друга кардерами. Своих жертв мы называем кардхолдерами (от англ. cardholder — «владелец карты»).

— Signature что такое?

— VISA Signature — именная карта для очень состоятельных людей.

— А «бин»?

— BIN (Bank Identification Number) — это первые шесть цифр номера карты, по которым можно определить банк-эмитент, который ее выпустил, и ее тип. Вся информация о «бинах» хранится в специальных базах данных — VISA Interchange Directory, Mastercard Member Directory и др. К примеру, BIN 3 71535 — это American Express CENTURION, а если ввести в базу 4 14750, VISA Signature, о которой я уже говорил, то увидим примерно следующее:

BIN: VISA ® 4 14750

Issuer (эмитент): Merryl Lynch Bank USA

Issuer Phone: 800 — 637-7455

Country (страна): United States

Funding Type (тип счета: Debit, Credit, Prepaid): CREDIT

Card Type (тип карты: Classic, Cold и т. д.): SIGNATURE

Эмитентом пластиковой карты может выступать не только банк. Свои карточки выпускают кредитные союзы и даже крупные магазины (дисконтные карты).

— А что это за «тип счета»? Ты сказал, что моя Electron — дебетная…

— По типу счета все карты разделяются на кредитные и дебетные. На кредитных — деньги банка, которые ты тратишь, а потом раз в месяц возвращаешь. За пользование деньгами банк берет определенный процент. При открытии дебетной карты на счету ноль, и тебе будет доступна только та сумма, что положишь на счет, то есть твои кровные денежные средства. Prepaid-карты, их еще иногда называют gift card (подарочные карты), дают владельцу право на получение товаров или услуг на определенную сумму, указанную на карте. Prepaid переводится с английского как «предоплаченная». По сути, это обычная дебетная карта, только без нанесения на нее имени и фамилии владельца. В странах Советского Союза любую банковскую пластиковую карту часто называют «кредиткой» или «кредитной карточкой», однако это не совсем правильно. Ваша Electron вообще ориентирована на студентов и молодежь, а у нас в основном используется для начисления зарплаты…
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 4

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:35

— А у моего мужа какая-то другая VISA, классом повыше…

— Выше Electron стоит Classic — карточка для клиентов, уже имеющих опыт обращения с банковскими картами. Аналогичная карта у Mastercard — Mastercard Standard. Это самые распространенные карты в мире. Они, кстати, позволяют рассчитываться через Интернет, в отличие от Electron. Карты серий Gold (золотые) и Platinum (платиновые) — престижные карточки, подчеркивающие солидность их обладателей. Корпоративные карты (Corporate) предназначены для средних и крупных компаний, сотрудники которых часто ездят в деловые командировки. С помощью этих карточек руководство компании может осуществлять эффективный контроль над расходами своих сотрудников. VISA Business — карты для проведения различных ежедневных платежей: расходов на командировки, оплаты представительских расходов, счетов за офисное оборудование, канцелярские товары, программное обеспечение и т. д. Технически карты «классик», «голд», «платинум», «корпорэйт» и другие ничем, кроме дизайна и стоимости выпуска и обслуживания, не отличаются. Владельцам золотых и платиновых карт многие магазины, страховые компании, фирмы по прокату автомобилей предоставляют скидки и бонусы, хотя большинство держателей карт о них даже не знают. Вдобавок нередко бывает, что с американского «классика» удается снять больше денег, чем с «голд» или «платинум».

— Почему так?

— Я думаю, многие американцы, как и русские, стремятся получить карты класса Gold/Platinum больше для «понтов» — для повседневного использования достаточно и Classic. Зато «снять» в баре знойную красотку будет проще, если светануть перед ней кредиткой «платинум». Ну или ключ от «феррари» на стойку положить…

— У меня VISA, ты упомянул Mastercard… Какие еще кредитки суще-VISA, ты упомянул Mastercard… Какие еще кредитки суще, ты упомянул Mastercard… Какие еще кредитки существуют и, особенно, что из них фигурирует в твоем обвинении?

— Ведущая платежная система мира — это VISA, около 57 % банковских карточек в мире приходится на ее долю. Главный конкурент, Mastercard, имеет примерно 26 %, третья система, American Express, лидер в области туризма и развлечений, — чуть больше 13 %. Существуют также карты JCB (Japan Credit Bureau — Японское кредитное бюро), Diners Club и Discover.

— Какие из них пользуются наибольшей популярностью у кардеров?

— Любые, на которых есть деньги. Правда, AmEx, Diners и JCB в меньшей степени — ввиду небольшой распространенности карт данных платежных систем в России и Европе. Discover я вживую вообще не видал. У меня в обвинении фигурируют только VISA и Mastercard.

— А самые престижные кредитки какие? Вот у тебя какая была?

— У меня?! — я даже немного удивился наивности вопроса. — Никакой — банки и платежные системы при всем желании не в состоянии обеспечить сохранность денег на карточках. К тому же это «засвет» — отследить историю твоих покупок, а равно и перемещений труда не составляет. А мы все же бойцы невидимого фронта… Что касается карт VIP-уровня, то это VISA Infinite и Mastercard World Signia, а самые престижные карты — символ принадлежности их владельца к верхушке общества — черного цвета: VISA Black Card, черный Diners и American Express Centurion. Они доступны только ограниченному числу очень состоятельных клиентов. За одно открытие Centurion — самой престижной карточки в мире — придется выложить $5 тыс., ежегодная абонентская плата — $2500. Рассчитывать на получение этой карты могут люди, которые тратят $250 тыс. в год и выше. Конечно, и взамен получаешь немало: всевозможные услуги страхования, скидки до 50 % на отели, билеты и прокат авто, бронирование столиков в ресторанах, даже когда «мест нет», возможность пользоваться залами ожидания первого класса в крупнейших аэропортах мира вне зависимости от категории авиабилета, круглосуточный консьерж-сервис, бесконечный кредитный лимит и многое другое. Получая доступ в закрытые клубы для «сильных мира сего», владелец черного «пластика» переходит на новую социальную ступень. Часто это становится основной причиной приобретения карты класса премиум.

— Все это, конечно, очень интересно, — перебила меня адвокат, — но мы отошли от темы. У тебя в обвинении что написано? «Организовал совершение хищений имущества на предприятиях торговли и сервиса города Минска путем введения в компьютерную систему ложной информации (расчет поддельными банковскими карточками VISA и Mastercard) на общую сумму $9 тыс., руководил при совершении подобных хищений Воропаевым П. В. и Батюком С. Л.». Здесь все понятно, но какую «ложную информацию» ты вводил и куда именно?

— Среди обывателей распространено заблуждение, что баланс находится на кредитке, но это не так — деньги на ней физически не лежат, кредитка является как бы пропуском к карт-счету в том банке, который ее выдал. Иными словами, она проводит идентификацию владельца счета — может ли он забрать деньги из того сундучка, что стоит в банке. Продавец проводит карту через POS-терминал (от англ. Point of Sale — «торговая точка») — устройство, которое считывает информацию, записанную на магнитной полосе карты, и связывается с банком для проведения транзакции, тот соединяется с процессинговым центром и передает туда данные с вашей карты. Далее процессинг связывается с банком-эмитентом, выдавшим карту, и получает подтверждение или отказ в виде кода. Код успешной авторизации — 00 — APPROVED (одобрено). В противном случае получают запрет на сделку, частенько обыгрываемый в голливудских фильмах («извините, ваш счет заморожен» и демонстративное разрезание карты ножницами). Платежная система типа VISA связывает все звенья этой цепочки воедино, за что и берет до 3,5 % с каждой сделки.

— Это понятно. Но причем здесь «ложная информация»?

— Очень просто — карточка поддельная, я не являюсь ее законным держателем, а значит, любой мой платеж априори считается ложным.

— Кассиры не догадывались, что «пластик» ненастоящий?

— Конечно, нет. Дамп-то был реальным, и деньги списывались с реально существующего счета. Поддельной была лишь сама пластиковая болванка, на которую записывался дамп.

— Что есть дамп?

— Дамп — это совокупность информации, записанной на магнитную полосу кредитки. Состоит из трех дорожек (треков). Первые два используются непосредственно для работы карты, а третий трек предназначен для записи различной служебной информации. Самый важный — это второй трек. Первый трек дублирует основные данные второго — номер карты, срок действия, CVV — код, а также содержит имя владельца карты.

Track1: В4 55990 75607 84214^SMITH/JOHN^1 10210 10000 00000 00000 05270 00000

Track2: 4 55990 75607 84214=11021 01000 00527 00000

Код 101 после срока действия карты указывает на то, что карточка является международной. Если вместо него будет, к примеру, 201 — это означает, что карточка является локальной, то есть по умолчанию работает лишь в «родной» стране. Имея на руках track2, можно легко сгенерировать track1, а вот наоборот сделать достаточно сложно. Для получения наличных в банкомате вполне достаточно только второй дорожки.

— Где ты брал дампы?

— На данный момент существует три способа. Изготавливаются либо приобретаются портативные ридеры (англ. cardreader) — инструменты для считывания магнитной дорожки платежной карты. Самые миниатюрные ридеры, что я встречал, были размером со спичечный коробок и изготавливались в Украине инженерами Boa Factory. Дальше устройства раздаются кассирам в бутиках и дорогих магазинах, официантам в ресторанах, валютным проституткам, и они проводят клиентскую карточку не только через легальный POS-терминал, но и через свой ридер.

Взламывается крупный процессинговый центр банка или торговой сети, через который проходят платежи физических (не виртуальных) магазинов, отелей, ресторанов, и достается база их клиентов. Просто покупаются у тех, кто завладел ими одним из вышеперечисленных способов.

— Дампы ведь нужно еще записать на саму кредитку…

— Конечно. Для этого необходимо специальное устройство, называемое энкодером (encoder). Продаются они совершенно легально и стоят $800–1000. Самая распространенная в кардерских кругах модель — MSR 206. Подключил к компьютеру через USB-порт, вбил дамп в нехитрую программку, провел карточкой через прорезь — и у тебя в руках магнитная копия карты какого-нибудь американского «Буратино».
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 5

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:37

— Теперь можно идти в магазин? — сделала логическое заключение Галина Аркадьевна.

— Нет, в магазин пока рановато, так как дубликат реальной карточки у нас хоть и есть, но он на куске белого «пластика» (обычно марки CR-80). Продавец в магазине сильно удивится, если ты предложишь ему такую карточку.

— И что делать?

— Договариваешься с продавцом в каком-нибудь приличном магазине, типа: «Вася, у меня такая фигня есть, я приду к тебе, возьму ноутбук и “плазму”, потом продадим и бабло пополам». Это работает — владельцы ресторанов, бутиков и казино отдавали нам 40–50 % наличными от той суммы, что «прокатали», а мы им говорили, что нужно отвечать своему банку, если возникнут проблемы.

— Какие, например?

— Рано или поздно реальный кардхолдер (держатель карты) платеж опротестует. Пожалуется в свой банк, те — в VISA, и вот уже в наше казино нагрянули крепкие ребята из службы безопасности банка, который устанавливал в это казино POS-терминал. Придут и скажут: «Что ж ты, негодник, поддельные карты “катаешь”?» Ну, тут наш олигарх должен глаза пошире выпучить и сказать: «Ниче не знаю. Сейчас кассира, что работала в тот вечер, позову». Зовет Машу. Банкиры ей:

— Срок действия карты проверяла?

— Конечно.

— А подпись владельца карты на обороте была?

— А то. Я ее даже с подписью в его паспорте сравнила. И на слипе он точно так же расписался.

— На каком слипе? — Моему адвокату все приходилось объяснять, как первоклашке.

— Чек, который выходит после оплаты товара по кредитке, называется слипом. На нем печатается вся информация о покупке: время, дата, название организации, реквизиты места, где была совершена покупка. Кстати, данные для слипа берутся из первого трека. И если дампу абсолютно все равно, какое имя ты укажешь в первой дорожке — реального владельца карты или имя, которое указано в твоем «левом» паспорте, то номер карты все равно надо писать оригинальный, иначе платеж (транзакция) не пройдет. А то было бы, конечно, неплохо: тупо обзаводишься «левым» паспортом, тупо идешь с ним все равно в какой банк в любой стране и так же тупо открываешь счет с дебетной картой. В результате на руках у тебя кредитка с именем Жени Соколова с $5 на ней и паспорт на то же имя с твоей фотографией. Стираешь на фиг все данные с магнитной полосы, берешь дамп из тех, что у тебя есть, меняешь в первом треке имя на Женю Соколова, пишешь этот дамп на карточку и вперед — хоть в банк, хоть в магазин. Закончились деньги на этом дампе — стираешь его, подготавливаешь и записываешь новый. И так, пока Женю Соколова не станут искать на всем земном шаре все банки и все магазины. Тогда покупаешь новый паспорт и по кругу снова. Ну а если уже в лицо начнут узнавать — то только пластическая операция тогда.

Галина Аркадьевна рассмеялась.

— Банкиры спросят, сверяла ли кассир номер карты и фамилию на чеке и лицевой поверхности карты — кассир ответит, что, конечно, да, добавит, что карта не была повреждена и признаков подделки не было, и на этом «допрос» окончен — при всех подозрениях у банка нет правовых оснований заблокировать платеж.

Конечно, если бы продавцы в минских магазинах проверяли, совпадают ли данные на слипе с цифрами на самой карте, то было бы невозможно превратить уже использованную карту в многоразовую, однако в Беларуси — стране непуганых идиотов — кассиры повсеместно «забивали» на правила по безопасному обслуживанию банковских пластиковых карт и мне нередко удавалось совершать покупки с дампов, записанных на оригинальные, но просроченные, а то и вовсе на дисконтные карты.

В работу с белым «пластиком» нередко вовлекались бизнесмены, которые задолжали криминальным авторитетам и у которых не было выбора. Конечно, мы не «доили» одну точку слишком часто, иначе обслуживающий банк мог отобрать терминал и мы бы остались вообще без работы.

— Погоди, ты сказал белый «пластик». Вот и в обвинении у тебя фигурирует этот «пластик», двадцать штук, которые якобы у тебя нашли…

— Только не у меня нашли, а у Сапрыкина. И он сказал мусорам, что это я ему их передал, назвал PIN-коды и попросил снять кэш в минских АТМ (банкоматах). Надеюсь, что такое PIN — вы знаете?

— Знаю, четыре циферки, без которых наличные в банкомате не получишь.

— Верно. Но я дополню. Во-первых, PIN-код нередко требуется и при оплате покупок. А во-вторых, PIN (Personal Identification Number — «персональный идентификационный код») необязательно состоит из четырех цифр. Его длина должна быть достаточно большой, чтобы минимизировать вероятность его подбора методом проб и ошибок, а с другой стороны — достаточно малой, чтобы кардхолдер мог его запомнить. Поэтому длина PIN-кода варьируется от четырех до две-PIN-кода варьируется от четырех до две-кода варьируется от четырех до двенадцати цифр. Чаще, конечно, четыре.

— «Пины» ты где брал?

— «Пины»… Рядовые кардхолдеры уверены (и банкиры постоянно твердят им об этом), что PIN-код взломать или украсть невозможно, но я знаю способов десять, как это сделать.

— Ого! Рассказывай, — к этой теме Галина Аркадьевна проявила неподдельный интерес.

— Может, не сегодня? Это тема для отдельного разговора, а я устал что-то, пойду в камеру.

— Я могу передать твои письма родственникам…

— О, конечно. Сейчас напишу.

«Малява», небольшая записка, письмо «по-зеленой» (без цензуры)… Написать в ней можно много чего, и даже нужно, но вот безопасно ли это?.. Адвокат, конечно, представляет мои интересы, и в руки к следователю моя записка не попадет… Или попадет? Ведь и адвоката могут прошмонать после того, как он выйдет от меня… Впрочем, выбора особого нет, пишу:

«Здравствуй, Лисичка! Я в порядке, держусь, больше за тебя переживаю. Письмо твое получил и уже написал ответ — скоро получишь. Прошу, каждое свое письмо нумеруй по порядку, и я так же буду — чтоб не пришлось потом гадать, все ли дошло. Передачу получил, спасибо огромное. Свяжись с Кайзером (u26 — мой модератор на DM), он должен нам 10k, пусть тебе отдает. Найдите Питерского — он тоже десятку висит.

По Илье Сапрыкину. Пусть продает офис и возвращает мою часть вложенных денег, отговорки слышать я не желаю.

Диме скажи, чтобы срочно (!) сменил пароли ко всем моим “аськам” (мусора наверняка в них висят) и предупредил всех клиентов, чтобы не велись на мусорские прокладоны. Всем нашим привет. Очень люблю тебя».

— Вот, написал. Спрячьте только понадежнее, — попросил я адвоката.

— Я прочту, о’кей?

Я согласно кивнул. Галина Аркадьевна быстро пробежалась глазами по тексту, сложила «маляву» вчетверо и засунула ее… в свой лифчик.

— Ну кто к старой женщине в бюстгальтер полезет? — видя мое недоумение, сказала она.

Я согласился.

— Завтра приду, продолжим разбираться в твоих похождениях, кардер, — последнее слово она произнесла нарочито медленно, словно старалась его запомнить. — Как тебя тюрьма встретила?

— Да нормально все, спасибо. До завтра.

Глава 3

Володарка, Володарка, в твоих стенах очень жарко

Тело здесь, а душа далеко,

Плюну я в полупьяный конвой.

Тело здесь — для отчета ментам,

А душа — там, где мать родила.

Гр. «Бутырка». По этапу

Ты хочешь знать, как выглядит тюрьма? Ты и вправду хочешь это знать?

Что ж…

Есть тюрьмы «красные», где вся власть принадлежит администрации, а значит, навязан жесткий режим содержания, и «черные», где основные вопросы решают авторитетные заключенные, понятное дело, с ведома и при молчаливом согласии тюремного начальства. Володарка того периода, к моему огромному облегчению, была тюрьмой «черной», в отличие от, скажем, ближайшего к Минску жодинского централа, «красного», как советский флаг.

Первым делом в следственном изоляторе попадаешь на «шмон» (личный досмотр), где из твоей обуви стоимостью, нередко превышающей зарплату тюремного контролера, выламывают супинаторы, а у тебя отнимают запрещенные вещи и предметы, включая поясные ремни и шнурки. Ты начинаешь робко протестовать, мол, как же я без шнурков-то буду, а тебе в ответ: «Не положено. Вдруг ты еще в камере повесишься», хотя даже самому далекому от тюрьмы человеку (а менту и подавно) известно, что в камерах расплетаются все вязаные вещи — свитера, шапки и даже синтетические носки (из которых получается особо прочная нить) — и из всего этого добра можно хоть корабельный канат соорудить. Да и на простыне при большом желании всегда можно повеситься.
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 6

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:38

«Разденьтесь. Трусы тоже. Вытяните руки. Присядьте три раза» (вдруг ты что запрещенное между ягодиц зажал)… «Одевайтесь, проходите. Следующий».

Впереди спецчасть — фото анфас/профиль, снова отпечатки пальцев, анкетные данные, включая давно забытую национальность… Затем тебя препровождают на «сборку», она же «отстойник» — полутемное помещение примерно 15 квадратных метров, с парашей в углу, крохотным зарешеченным окном без стекол и «сценой»-помостом из грубо сколоченных досок, где обычно размещаются 30–40 человек, где сидишь два-три, а иногда — если, не дай бог, попадешь на праздничные дни — и пять-шесть дней. Господи, и это здесь мне придется жить?! А-а-а, мамочки…

На следующий день нас отвели в душ, взяли кровь из вены (для анализа на ВИЧ, сифилис), сделали флюорографию. Некоторых — по неизвестному мне пока принципу — дергали к «куму» — оперативному работнику СИЗО, в обязанности которого входит предотвращение беспорядков и побегов, а также «разработка» (прослушивание, подсаживание «наседок») интересующих следствие людей. Можно сказать, мне крупно повезло: в «отстойнике» я пробыл всего сутки, а на следующий вечер нас выдергивали по пять-шесть человек и куда-то вели.

Тюремные коридоры, залитые жидким электрическим светом, выглядели на удивление просторными. По обе стороны темнели ровные прямоугольники металлических дверей с огромными засовами и номерами хат, и трудно было представить, что за каждой дверью — камера, вмещающая иной раз до тридцати человек.

Вначале нас завели на склад, где выдали положенные вещи: матрас толщиной с пододеяльник, на котором, вероятно, умер уже не один постоялец минского «Алькатраса», подушку, затертое до дыр полушерстяное одеяло, алюминиевую ложку с обломанным под корень черенком и такую же кружку без ручки. Еще немного по коридору — и спустя мгновение тяжелая металлическая дверь со встроенной «кормушкой» с глухим стуком захлопнулась за моей спиной…

— Здорово, пацаны! — сказал я и в нерешительности замер на пороге.

— Ну привет, — поздоровался кто-то в ответ. — Статья какая?

— 212-я.

— А что это?

— Хищение с использованием компьютерной техники…

— Хакер, что ли?

— Не совсем.

— Ну проходи.

Только сейчас я наконец смог разглядеть того, с кем разговаривал, — худощавого паренька двадцати с небольшим лет, всего в татуировках — из-за табачного дыма, клубами висящего над головами, сделать это с порога было невозможно.

— Макар, — представился он. — Смотрю за этой хатой. А тебя как зовут?

— Сергей.

— Тезка, значит. Ты откуда?

— Из Минска, последний год жил в Украине. Вернулся на родину — и на тебе.

— Неудивительно. Хочешь сесть в тюрьму — приезжай в Беларусь. Хочешь быстро сесть — приезжай в Минск. Слышал такую поговорку?

Я отрицательно помотал головой.

— Ну, еще не раз услышишь. Долго в «отстойнике» продержали?

— Меня нет, вчера привезли — сегодня «подняли». Остальные с пятницы сидели.

— Знаешь, че за камера?

— Нет.

— Эх ты, — Макар сокрушенно покачал головой, — надо было смотреть. С той стороны «тормозов» (так называют дверь камеры) написан номер хаты. Могли бы и к петухам завести, и что б тогда делал?

— Не знаю, но что-то бы делал. Может, «вскрылся» бы или из них кого порезал.

На «сборке» бывалые арестанты рассказывали, что иногда опера специально заводят тебя в хату к «обиженным», если хотят сломать, и в случае, если ты, не дай бог, попал в такую хату, нужно сделать все, чтобы тут же «выломиться» оттуда.

— А смог бы? — с интересом поглядел на меня смотрящий. — «Мойка» хоть есть?

— При себе, — я разжал кулак и показал ему острое узкое лезвие от одноразового станка Bic, которое до этого держал во рту.

— Ладно, отдыхай с дороги, вон на той шконке, — показал он на нижние нары в середине камеры. Там еще один человек спит — Игорем зовут, будете по очереди отдыхать, по двенадцать часов. Это еще ничего, — Макар, видимо, заметил удивление на моем лице, — в других хатах и в три смены спят. Если будет сильно «рубить», договаривайтесь между собой, кто когда отдыхать будет, все на понимании. По быту тебе пацаны объяснят, что будет неясно — у меня поинтересуешься. Ладно, отдыхай, брат, позже поговорим.

Мужику, с которым я делил шконку, было около сорока, и в шрамах на его стриженой голове отчетливо отражались все отмеченные им праздники — вот это я Новый год встретил, а вот этот шрам — после дня рождения. Буйный алкоголик, он сидел по замене режима — вначале ему дали «химию» за неуплату алиментов.

Я поставил свою сумку (по-тюремному — «кешар») — клетчатый пластиковый баул, с какими советские «челноки» ездили в Польшу, — в угол хаты, присел на свои нары, перевел дух и огляделся. Помещение освещалось тусклой желтой лампочкой, забранной в тонкую металлическую решетку. Четыре двухъярусные шконки, унитаз в углу (по-тюремному — «дольняк»), прямо над ним — кран с холодной водой, небольшое окно с решеткой и «ресничками»-жалюзи с внешней стороны и узенький стол-общак. Хата была слишком маленькой (не больше 15 квадратных метров) и слишком переполненной — на всех двухъярусных шконках лежали люди. Пахло давно немытыми телами, нестираными носками и табачным дымом. Вентиляция в камере отсутствовала, к тому же все без исключения сидельцы курили. Неудивительно, что туберкулез — самое распространенное заболевание в белорусских тюрьмах.

Шконки стояли так близко друг к другу, что протиснуться между ними можно было только боком. Некоторые из них были завешены жиденькими одеялами, другие открыты, но белье, развешанное на веревках, натянутых над нарами, не позволяло определить, сколько же человек отдыхает наверху, однако было понятно, что арестантов в хате много больше, чем положено, — как позже выяснилось, тринадцать человек.

Я где-то читал, что по эмвэдэшным санитарным нормам на каждого заключенного в СИЗО полагается не меньше 2 квадратных метров площади камеры — в тогдашней Володарке реальная норма была сведена меньше чем к 1 квадратному метру на человека.

Мир сузился до размеров камеры, окончательно и бесповоротно материализовавшись в пространстве 3 x 5 м. Где-то там, за непроницаемыми стенами централа, вовсю кипела жизнь большого города: по проспектам и улицам сновали бесчисленные табуны машин, заключались контракты в офисах фирм и банков, сдавались экзамены в институтах.

Где-то вдалеке (далеко) по радио заиграла Mattafix:

Big City Life, Me try fi get by, Pressure nah ease up no matter how hard me try. Big City Life, Here my heart have no base And right now Babylon de pon me case…
Я прилег на нары и закрыл глаза…

Глава 4

Флешбэки

Мы отдыхали на побережье Коста-Дорада, в городке Салоу, неподалеку от Таррагоны. Испания запомнилась мне низкими, по сравнению с Минском, ценами, отличной погодой, очень соленым Средиземным морем и огромным тематическим парком развлечений Port Aventura — наподобие Диснейленда, только от студии Universal.

Однажды вечером мы сидели в местном баре в Салоу и раздумывали, где бы нам провести сегодняшнюю ночь.

— Все надоело, я не высыпаюсь ни хрена, — жаловался я. — Сплошная пьянка и дискотеки. Может, хватит? Надо было со своими бабами ехать — хоть бы страну посмотрели…

— Да ладно, брат, успеем еще посмотреть, — Дима дружески похлопал меня по плечу. — Когда мы еще так повеселимся? Потом будут семья, дети…

— Ну хорошо, куда на этот раз? — я нехотя уступил.

— Поехали во FlashBack, — предложил Илья. — Там мы еще не были.

— Вызывай такси.

Клуб FlashBack встретил нас внушительной очередью из желающих попасть внутрь, собравшихся у входа в одноэтажное здание ближе к полуночи, и порадовал несколькими танцполами и обилием музыки на любой вкус: в одном зале играло ретро, в другом — евротранс и хаус, в третьем — еще какой-то драм-н-бэйс. Вход — 10 евро, футболка с эмблемой клуба в подарок.
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 7

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:39

— Ну что, guys, по пятьдесят для разогрева?

— По пятьдесят, ха-ха.

— Double tequila, please, — Илья недолго раздумывал над заказом.

Сексапильная барменша схватила с полки три высоких узких стакана для сока, щедро насыпала в них колотого льда, налила текилы и довершила незамысловатый ансамбль коктейльной соломинкой.

— Э-э-э… это, простите, что? — посмотрел я прямо в глаза юному

созданию.

— Ваша текила, парни.

— Э-э… а где соль, лайм?

— У нас текилу пьют именно так.

— Детка, я не знаю, как ее пьют у вас, но мы хотим пить так, как привыкли. Повтори-ка теперь в маленькие рюмочки и дай нам соль и лайм, — попросил Дима.

— О’кей, ребята.

Текила, опять текила, двойная текила, текила-бум, опять двойная и снова…

— Guys, are you crazy? — глаза девчонки округлились от созерцания этой нашей алкогольной вакханалии.

Я посмотрел на ее грудь, к тому моменту в моих глазах прибавившую размера два, и заплетающимся языком ответил:

— No, we’re Russian…

— Эй, Серега, просыпайся. Четырнадцать часов не вставая, — кто-то отчаянно будил меня. — Уже утро, скоро следаки и адвокаты начнут приходить. Приснилось что? Ты улыбался во сне.

Сегодня мне снилась мама, Мне снились пацаны с района, Мне снилась Красная площадь и угол моего дома. Я спал так сладко, не ожидал облома, Зачем я просыпался — лучше бы я впал в кому. Я чувствую, как кто-то за ногу меня теребит: Вставай, все уже вышли, опоздаешь, студент, Я огляделся, резко закружилась голова, С этим сном я совсем забыл, где я и кто я. Я спустился с «пальмы», протер глаза, вылез на продол, Хата за спиной осталась пуста. В шеренге занял одно из свободных мест, Нас посчитали, все правильно — семьдесят шесть. Обратно большой черно-серой толпой, Бог мой… Еще один день, еще один бой. Передо мной строгая хата, И зэков строят, Что за спиной двадцать лет жизни какой-никакой…
Приснилось… Железное небо мне приснилось… и камеры вместо хижин…

— Вставай, щас чифирнем — быстро раскумаришься.

Приснилось… FlashBack… как же переводится слово «флешбэк»?.. А, обратный кадр. Иллюстрация, прерывающая повествование, чтобы вернуться к прошлому… Из головы все не выходили слова Сапрыкина: никаких личных встреч и пьянок с клиентами и партнерами по грязному бизнесу… С партнерами-то еще куда ни шло (Сапрыкин ведь и сам наш партнер), а вот с клиентами… Неужели все-таки прав Ильюха, и меня сдал кто-то из тех, с кем мы встречались в Испании?.. В это было трудно поверить. Black Monarch… этот отпадает сразу. Это благодаря ему я в последние полгода заколачивал по сто штук в месяц. Тем более что мы крепко повязаны — утону я, потонет и он. И наоборот. Кто еще? Junkers, Sebi, xalexx — они румыны, а румыны вообще мутные все до одного… Был еще и eNdi — тоже румын, обналичивал мне дампы с «пинами», но с ним мы не увиделись. Кстати, а почему мы не увиделись?! — страшная догадка вонзилась в мое сознание. А, точно — он же уехал из Испании… И как раз в день нашего прилета. На автобусе, в свою Румынию. Семью, мол, проведать, давно не видел. Странное совпадение. Все четверо знакомы друг с другом — прямо мафиозная семья какая-то. Впрочем, неудивительно — это как в анекдоте про Чапаева: глянул я на карту — сколько там той Румынии… Наверное, кто-то из них меня и сдал.

Глава 5

Рога и копыта

Чифирь оказался о-о-очень крепко заваренным черным чаем. Пили — по старой арестантской традиции — из одной кружки, по два глотка. Каждый глоток хоть и давался мне с трудом — всыпь на 200 мл воды 40–50 г мелколистового черного чая, тогда поймешь, — но давал такую бодрость, что через десять минут у меня даже волосы на руках зашевелились.

— Ждешь кого сегодня? — поинтересовался у меня Игорь, с которым я делил шконку.

— Адвокат обещала прийти, правда, не знаю во сколько. Хотел что?

— Я тебе телефон жены своей напишу. Пусть брякнет ей, скажет, чтобы передачу мне привезла.

— Давай, без проблем.

Через час меня выдернули на кабинеты. Галина Аркадьевна благоухала каким-то дорогим, но слегка старомодным французским парфюмом, чем-то очень знакомым, не то «Фиджами», не то «Пуазоном».

— Здравствуй, Сергей, — первой поздоровалась она.

— Здравствуйте.

— Ну как первая ночь в тюрьме?

— Не первая — я ведь в «отстойнике» уже ночевал. А в хате да, первая. Нормально, выспался хоть, четырнадцать часов спал.

— Кате записку твою передала, она тебе тоже пару строк черканула. У нее все нормально. У Димы тоже.

— Кайзер и Фидель уехали?

— Да, в тот же день, как их всех отпустили.

— Ну слава богу, — я с облегчением вздохнул: моих друзей не задержали.

— Мама сильно за тебя волнуется и спрашивает, почему ей не пишешь.

— Да я не представляю просто, что ей писать. Как-то стыдно, что ли.

В тюрьму ведь попал. И по уголовной статье к тому же.

— Ты это брось, — поспешила разубедить меня Галина Аркадьевна, — от сумы да от тюрьмы не зарекаются. Сидят и миллиардеры — вон, Ходорковского недавно «приняли», и генералы, и министры. И не только у нас — по всему миру. И не все из них по политическим статьям.

— Хорошо, передайте ей, что напишу на днях.

— Вот и молодец. На чем мы в прошлый раз остановились?

— На ликвидации вашей безграмотности в сфере применения банковских пластиковых карт.

— Точно. Ты рассказал мне об устройстве банковских пластиковых карточек, о дампах и о том, что белый «пластик» можно было обналичить через знакомых владельцев магазинов, казино и т. п. Как еще вы похищаете деньги с кредиток?

— Шура Балаганов был очень изумлен, когда Остап купил для конторы «Рога и копыта» чернильный прибор: «Остап Ибрагимович, вам не стыдно было платить за этот чернильный набор живые деньги?!» Прав был Шура, поэтому за лицензионный софт, доступ на порносайты и к различным платным ресурсам (интернет-библиотеки, онлайн-игры) я всегда платил только чужими кредитками. Можно, конечно, и фотоаппарат или ноутбук какой в интернет-магазине приобрести — называется это «вещевым» кардингом, но это все тоже баловство.

Для игроков более тяжелого веса — изготавливается чемодан белого «пластика» с записанными дампами, открывается контора а-ля «Рога и копыта», снимается офис, закупается товар — компьютеры там всякие, электроника, и начинаем торговать — по себестоимости или даже себе в убыток. Цены в нашем магазине низкие, молва об этом быстро разносится, поток клиентов увеличивается. Открываем счет в банке, заключаем договор и ставим POS-терминал. Начинаем прокатывать через него карточки клиентов, а также свои собственные свежеоткрытые «креды» разных банков — приучаем банк к большому объему покупок с использованием кредитных карт. В один прекрасный момент прогоняем через него весь этот чемодан белого «пластика», деньги падают на счет, забираем кэш — и к девкам.

Конечно, все не так просто, вначале надо внимательно изучить страну, где собрались это делать (в странах бывшего Союза по многим причинам не стоит), возможные подводные камни, систему безопасности банка, который ставил вашей конторе «United Братва» POS-терминал, сроки зачисления ваших кровно заработанных на счет (чем быстрее — тем лучше), продумать пути отхода, просчитать затраты — много чего еще. Само собой, нельзя открывать такую контору на себя.

— Но это все имеет мало отношения к твоему обвинению. Вас обвиняют в том, что вы по поддельным карточкам скупали товар в минских магазинах…
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 8

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:40

— О’кей, пойдем дальше — к более сложному. Изначально есть чистый CR-80-«пластик» и дампы. Как бы напечатать и сделать кредитку один к одному, чтобы можно было спокойно идти в любой магазин в любой стране?

Для начала надо приобрести готовый «пластик» с «голубками» или «глобусом» либо же купить эти голограммы отдельно. Потом надо найти типографию либо купить свое оборудование, которое позволит напечатать на чистом CR-80-«пластике» что-то красивое — причем практика показывает, что абсолютно все равно, какой банк там указан и соответствует ли он реальному банку. Печать, понятное дело, двусторонняя. Напечатали с горем пополам. Теперь надо сделать эти вдавленные номер кредитки, имя и прочее — придется покупать эмбоссер (аппарат, который выдавливает символы на картах) и типпер (устройство для нанесения на них серебристого или золотистого покрытия). Дорогие модели эмбоссеров имеют встроенный типпер. Дополнительно к этому всему надо на обратной стороне «креды» наклеить полоску особой бумаги, на которой ставится подпись владельца карты.

— Это ж сколько денег на оборудование уйдет… — рассеянно заметила Галина Аркадьевна.

— Верно. Один хороший эмбоссер, Matika Z3, например, — около «десятки» стоит. Поэтому самостоятельно «пластик» я никогда не изготавливал, а тупо покупал у нужных людей. Низкого качества, пригодного для шопинга только внутри СНГ, — у Boa Factory в Киеве, отличные VISA Electron — у Флинта на realplastic.org и самый лучший офсетный «пластик» — у китайских товарищей, благо Интернет стирает границы. Дампы на полностью готовые болванки, понятное дело, можно было записать и самому — не все доверяли изготовителям «пластика» эту почти интимную процедуру.

Не прошло и полгода, а у тебя уже чемодан дубликатов кредиток, к качеству которых никто не придерется. Какие варианты с чемоданом? Покупаешь билет в Сингапур, например, или в Преторию и плотно там скупаешься, пока не опустеет чемодан. А лучше вообще в Италию — своеобразную Мекку фальшивых кредитных карточек. В Милане, если продавец догадается, что производится покупка по фальшивой карточке, он не будет сообщать в полицию, а наоборот, попросит, что если, мол, есть еще такие кредитки, то пусть покупатель не стесняется. В магазине знают, что банки всегда возместят им убытки. Потом как-то куда-то все это «железо» или серебро-золото пристраиваешь, продаешь, раздаешь. Меняешь страну. И по новой, с другим паспортом и другими кредитками. Мы вот в Минске скупались — зря, конечно, — нельзя красть там, где живешь.

Между покупками дампы необходимо было периодически проверять (по-нашему, «чекать»), поскольку самым неприятным при шопинге было «выбивание» на экране POS-терминала кодов 43 (украденная карта — изъять и позвонить в центр авторизации) или 07 (изъять карту и постараться задержать мошенника). Проверять дампы на работоспособность (валидность) можно было тремя способами: если дело происходит в Европе, то нет ничего проще, чем засунуть кредитку в телефон-автомат, который принимает кредитные карты. В России это таксофоны «Комстар». Можно зайти в аптеку, булочную, любой небольшой шоп с минимумом охраны и отсутствием видеокамер и купить какую-нибудь мелочовку. А не пройдет карта — всегда можно мило улыбнуться продавщице и рассчитаться наличкой. Третий способ предполагает мгновенную авторизацию небольшой суммы ($0,5–2) через любой онлайн-сервис или магазин. Подобное называется checking-сервис (от англ. check — «проверять») и широко используется по сей день. Владельцы «чекеров» в огромных количествах скупают взломанные мерчанты (шлюзы для оплаты кредитками) к интернет-магазинам и берут за проверку одного дампа в среднем $1.

Несмотря на то что большинство торговых точек в мире оборудовано электронными POS-терминалами, в Минске все еще полно и импринтеров — механических устройств, отпечатывающих рельефные данные с карты на бумажный чек. Бумажные чеки, сделанные с помощью импринтера, называют также слипами (от англ. slip — «скользить», «прокатывать»). Они являются документальным подтверждением совершения сделки. Для авторизации кассир надиктовывает информацию из слипа оператору процессингового центра по телефону. Естественно, при оплате через импринтер наличие дампа на магнитной полосе кредитки не требовалось, что, когда до меня это дошло, дало мне неограниченный простор для «работы». В это время в Беларуси и даже в России еще прекрасно работали американские дампы, которые стоили какие-то копейки, а суммы на них бывали очень внушительными.

— Ладно, Сергей, — прервала меня адвокат, — с карточками для шопинга вроде разобрались, давай теперь пройдемся по картам с «пинами». Сапрыкин утверждает, что именно ты передал ему 20 белых карт, написал маркером коды на каждой и попросил обналичить в минских банкоматах. Это правда?

— И да и нет.

— ?!.

— У Сапрыкина самого рыльце в пушку…

— Ладно, роль каждого прояснится по ходу следствия. А пока Сапрыкин является свидетелем. Против тебя.

— Я слышал, что у нас порой свидетели очень быстро переходят в разряд обвиняемых…

— Ну ты же его грузить не собираешься? Как бы там ни было, а «группа лиц» тебе сейчас вовсе ни к чему. Итак, где ты доставал PIN-коды к карточкам?

Глава 6

Дороги

Телевизора в хате не было. Настольных игр, за исключением вылепленных из хлеба шахмат, тоже. В этой камере, 144-й, сидели под следствием в основном наркоманы, алиментщики и те, кому не сиделось спокойно на «химии» (в Союзе это называлось «стройками народного хозяйства»). Смотрящий за камерой, Сергей Макаров, был инъекционным наркоманом с немалым, несмотря на его двадцати-пятилетний возраст, стажем и колол в вену все, что было запрещено законом. Наверное, если бы был запрещен аспирин, то Макар бы «вмазывался» и им. От него же я узнал, что если раньше белорусские наркоманы чаще всего употребляли героин, маковую соломку (в сезон) и метадон, то сегодня самым распространенным кайфом стали так называемые бубки — семена опийного мака, какими нормальные люди посыпают булки с маком.

— Пришла эта мода к нам из России, — однажды вечером после выпитой кружки чифиря начал Макар. — Вместе с технологией экстракции опия. По закону весь пищевой мак, продающийся в торговой сети, должен проходить термообработку, которая разрушает содержащийся в нем опий. В реальности же обрабатывают не больше 10 % всего мака.

— Сколько сейчас героин в Минске стоит? — перебил я Макара.

— Герыч и «витамин» — по 40 баксов за грамм, метадон — 140.

— А «бубки»?

— Три года назад, в 2001-м, когда еще никто в Минске не знал, что пищевым маком можно колоться, его цена составляла около $3 за 1 кг. Сегодня — от тридцати и выше. Для кого-то это крупный бизнес.

— А что такое «витамин»? — полюбопытствовал я.

— Амфетамин. Синтетический аналог кокаина. Неплохо «ускоряет», но мне не нравится — это больше для дискотек. Подельники есть у тебя? — переключился на другую тему Сергей Макаров.

— Да, — я вздохнул, — к сожалению. Один под подпиской о невыезде, другой здесь где-то плавает.

— Подельники — это плохо, — глубокомысленно изрек Макар. — Хуже нет, когда каждый начинает одеяло на себя тянуть и грузить других. Мусорам это только на руку. Если уж занимаешься криминалом — не важно каким, — делай все один. Одному оно и надежнее, и безопаснее. В какой он хате?

— Кто?

— Ну, подельник твой.

— Пока не знаю. Если увижу его где на коридоре или кабинетах, так спрошу.

— Можешь поисковую написать, — посоветовал мне Макаров. — Эта «малява» по всем хатам централа пройдет, может, и найдется кент твой.

Я написал так называемую поисковую «маляву», тщательно упаковал ее в несколько слоев целлофана от сигаретной пачки и оплавил зажигалкой — «дорога» в нашей хате работала «по-мокрой», через унитаз. Как устроена эта самая «дорога» — тюремная почта, о которой ты наверняка слышал? Для начала нужно сплести «коня» — самодельную веревку из заранее распущенных вязаных вещей. Делается это методом кручения: четыре-пять тонких ниток складываются вместе и перекручиваются между собой, затем складываются пополам и еще раз перекручиваются — получается тонкая и относительно прочная веревка. К одному ее концу прикрепляются «ежи» — сделанные из спичек колючки, или «поплавки» — туалетная бумага, запаянная в целлофан. В соседней хате делают то же самое. Затем два «коня» опускаются в дальняк и с помощью большого количества воды попадают в канализационную трубу, где спутываются между собой. Все, «дорога» наведена. После сработки один из «коней» убирается, а на другом гоняются «малявы» и грузы — в основном чай и сигареты.
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 9

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:41

По всем хатам централа поисковая «малява» проходит в среднем за два дня. Я отправлял ее дважды, и ни в одной из хат, через которые она прошла, не оказалось моего подельника и когда-то доброго знакомого Паши Воропаева.

— Макар, — обратился я к смотрящему за хатой, — поисковая дважды ни с чем вернулась.

— Такое случается. Посмотри на эту «маляву» внимательно: там отмечены номера всех хат, через которые она прошла. Значит, в этих хатах твоего кореша нет. Но здесь ведь отмечены, — он взял в руки мою «маляву», — далеко не все хаты, которые есть на тюрьме. Есть ведь еще и нерабочие, где навести дорогу по разным причинам невозможно, и откровенно «красные» хаты, где сидят коммерсанты, таможенники, менты и всякое сучье — не исключено, что твой Воропаев в одной из таких хат. Это у нас тут братский ход… В других камерах срабатываются по воздуху. Это если в соседних хатах окна недалеко друг от друга находятся. Одна хата делает «ружье» — полую трубку из плотной бумаги, чаще всего из журнальных листов, и клейстера — самодельного клея из пережеванного и пропущенного через простыню черного хлеба, а также волан — конусообразный дротик из бумаги, утяжеленный тем же хлебом. К волану привязывается «контролька» — тонкая плетеная нить из синтетического носка. Волан из этого самодельного духового ружья выстреливается в сторону соседней хаты. А там уже ловят его «причалом» — самодельной палкой, сделанной из тех же журнальных листов и клейстера. Сработались, потом «конь» запускается, и все как обычно. «Дорога» — это святое, кровеносная система любой тюрьмы, без «дорог» прекращается общение, не решаются общие вопросы, не знаешь даже, что творится на соседнем корпусе — вдруг мусора или суки бьют кого, а от одной «малявы» часто судьба человека зависит — мало ли какие показания с подельниками нужно согласовать или еще какой вопрос серьезный решить. От показаний зависит очень многое в твоем уголовном деле. Вот взять, к примеру, дачу взятки. Сунул «десятку» гаишнику, стало об этом каким-то образом известно — все, держи дачу взятки. Ан нет, всегда можно сказать — если диктофонной или видеозаписи нет, конечно, — что гаишники у тебя деньги вымогали, сказали: «Не дашь лавэ — заберем права». Взятка, данная под угрозой или вымогательством, таковой не считается. Или еще пример: статья 214 УК РБ, «Угон». Скажешь, что хотел автомобиль на запчасти разобрать и так продать — это уже не угон, а кража, и часто за нее наказание меньше, чем за «просто покататься». Тут уже надо в зависимости от стоимости автомобиля смотреть, чтоб не вышла кража в особо крупном…

Глава 7

Все врут, или тринадцать способов получения PIN-кодов

Надо мыслить. Меня, например, кормят идеи.

Остап Бендер

— Вернемся к нашим баранам, точнее, PIN-кодам, — заявила моя адвокат во время своего следующего визита ко мне. — Итак, где ты брал «пины» к карточкам?

«Пины»… В свое время Воа — лучший в мире кардер — говорил: «Если вдруг в очередной раз вы где-то увидите, что кто-то продает дампы с «пинами», — не верьте глазам своим. Дампы с «пинами» — это все равно что кэш в кармане. А что-то никто пока не продавал $100 за $20. Если $100 отпечатаны в Вашингтоне, конечно, а не в Грозном или Тегеране». Первым, кто это опроверг, стал Dark Elvis.

Все началось с того, что однажды утром моя «аська» буквально взорвалась от кучи практически одинаковых сообщений от моих коллег, партнеров и просто клиентов:

— Ты не знаешь, кто такой Dark Elvis?

— Бро, это не ты, часом, Dark Elvis?

— Плиз, подскажи, где найти Дарк Элвиса.

— Да кто это вообще такой?! — возмутился я. — С чего это он вас всех так интересует? Как с цепи сорвались…

— Кого всех?! — первым ответил мой испанский партнер eNdi.

— Утром andycredit спрашивал, потом Mondeo, сейчас ты…

— Бро, ты случайно не заболел? Обычно ты узнаешь обо всем раньше нас. Элвис продает дампы с «пинами».

— М-м-м, дампы с… «пинами»?! Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Dark Elvis был все равно что НЛО — таинственный объект, о котором все слышали, но никто его не может найти. О нем было известно только то, что он не сидел в тюрьме, но почему не сидел — неизвестно. Зато все знали, что у Элвиса десятки тысяч дампов с «пинами», кто-то даже видел бин-лист, и, конечно, каждый мечтал первым его найти.

— Auger, поделись контактом Dark Elvis’a, — наудачу написал я в ICQ своему постоянному поставщику дампов.

— Ты шутишь?! — практически мгновенно ответил тот.

— А разве похоже на шутку?

— Ладно, проехали. Контакт не дам, но можешь работать с ним через меня. Тебя что интересует?

— То же, что и всех, — дампы с «пинами».

— Ну давай на мыло зашлю парочку штук на тест. Если о’кей — заплатишь за них $600. Идет?

— Да.

Через несколько часов Auger скинул мне два дебетных американских дампа с PIN-кодами, один Maestro, другой — VISA Classic.

— Когда отработаешь? — последовал вопрос.

— Мгновенно — энкодер под рукой.

Сорок минут спустя я уже потрошил один из киевских банкоматов. VISA не сработала, зато Maestro в два приема «подарил» мне $3 тыс., притом что последние $600 упорно не хотели сниматься — проверка баланса перед началом работы показала, что на карточке было $3600.

Наверное, дневной лимит установлен в размере $3 тыс., — догадался я.

— Что ж, попробую «добить» ее после полуночи, когда банки посчитают, что начался новый день. С этой мыслью я взглянул на свои часы и отправился коротать оставшиеся до полуночи два часа в McDonalds на Крещатике. Почему именно McDonalds?

В Киеве самая большая в мире концентрация красивых женщин. Спускаешься в метро — навстречу девушка… одна, вторая, третья… на четвертой твоя голова против воли заворачивается назад, да так, что можно шею свернуть. И по новой — одна, вторая, третья, четвертая. А в McDonalds на Крещатике прелестных украинских девушек еще больше, чем в метро. Киев — это рай для холостяка. Средняя продолжительность жизни мужчин там — всего пятьдесят шесть лет, и на каждого двадцатилетнего мужчину приходится четыре женщины того же возраста.

После 24:00 моя Maestro уже не работала. Я пробовал в нескольких банкоматах, но везде выбивало DECLINE (отказ). Впрочем, получить трешку «зеленых», затратив всего шестьсот, было тоже очень даже неплохо.

— Ну как результат? — замигало окно моей «аськи» сообщением от Auger, когда я добрался до дома и подошел к компьютеру.

— Нормально. Classic — нерабочий. Maestro — о’кей.

— Жду 300 wmz. Кошель знаешь.

— Лови, — я открыл свой Webmoney Keeper и, не откладывая, перевел Аугеру 300 баксов.

— Ага, есть. Спасибо. Тебе все еще нужен контакт Элвиса?

— Да мне, по большому счету, без разницы, с кем работать, — не хочешь «палить» Элвиса, тогда давай работать с тобой.

— Ну давай, — согласился Auger. — Вот условия.

И тут он меня немного разочаровал: один европейский дамп с «пином» предлагался за $2 тыс., нерабочие не обменивались (в отличие от первой тестовой партии), минимальная партия составляла десять дампов. Хочешь — бери, не хочешь — не бери.

Я взял один раз — на $20 тыс. И все бы ничего, да отсутствие замен свело рентабельность этой работы к нулю. Больше я в эту лотерею не играл.

И все же я думаю, что в роли мифического Dark Elvis’a выступал сам Auger…

— Не поняла, какой Auger? — у Галины Аркадьевны не было доступа к моим воспоминаниям.

— Ну Аугер — мой поставщик дампов, который продавал мне и дампы с PIN-кодами.

— А-а-а. И почему ты уверен, что Элвис и Auger — это одно и то же лицо?

— Когда я только начинал работать с Аугером, тот обмолвился, что его напарник Aizek[797] как раз работал над реверсией…

— ?..

— Расшифровкой «пинов» из их базы с дампами. Да и невозможность установить прямой контакт с Элвисом укрепляла меня в моей догадке. Скорее всего, у Аугера — высококлассного киберпреступника с многолетним стажем — было несколько сетевых имен, которые даже его партнеры по нелегальному бизнесу не связывают друг с другом, а считают их принадлежащими разным людям.
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

Как я украл миллион. Исповедь раскаявшегося кардера c 10

Сообщение admin » 30 ноя 2016, 22:42

— Он не сидит? — отчего-то поинтересовалась адвокат.

— Нет-нет, такие люди не сидят. Когда я общался с Аугером в последний раз, тот собирался, по его словам, прикупить какое-нибудь комфортное кресло в «Газпроме» — пару миллионов долларов они с Айзеком уже заработали, — и навсегда завязать с кардингом. Если птица не садится на гнездо, а поднимается все выше и выше, она в конце концов попадает в сетку птицелова. Тот, кто не чувствует, когда нужно остановиться, нарушает законы природы…

— Как Айзек расшифровал «пины»? — прервала мои философские рассуждения Галина Аркадьевна.

— Основное требование платежных систем к хранению и передаче PIN-кода: значение PIN должно всегда находиться в зашифрованном виде, начиная от его ввода на клавиатуре банкомата или POS-терминала и заканчивая проверкой в «святая святых» любой платежной системы — защищенном аппаратном модуле шифрования (HSM-модуле) банка-эмитента. Этот модуль хранит ключ генерации PIN-кодов, и проникновение в него повлечет за собой компрометацию всех PINов, когда-либо сгенерированных с помощью этого ключа. Поэтому доступ к HSM-устройствам строго ограничен как физически (применяются взломостойкие модули), так и через Сеть.

— Что же сделал Айзек?

— На разных этапах обработки PIN-коды проходят множество ступеней шифрования/дешифрования, и не все HSM, через которые проходят «пины», находятся в защищенной от внешних вторжений сети банка-эмитента. Зато все они поддерживают морально устаревший интерфейс Standard Financial API, которому уже больше тридцати лет. Через уязвимость в этом интерфейсе Aizek и ломанул HSM на каком-то промежуточном хосте (узле сети). Дальше просто — на взломанный HSM-модуль устанавливается сниффер — программа, перехватывающая PIN-коды в открытом виде либо в зашифрованном, но доступном для декодирования. На осуществление подобных взломов порой требуется несколько лет.

— Почему производители HSM-устройств не закроют эти дыры? — задала логичный вопрос адвокат.

— Ну, они заявляют, что все HSM-модули поставляются заказчикам со стандартными настройками, не позволяющими подобных атак, однако их установкой и настройкой могут заниматься не всегда ответственные или добропорядочные люди, поэтому система действительно уязвима. Случается, что и ломать ничего не надо — по недосмотру разработчиков программы, которые используются в торговых точках для обработки платежей с пластиковых карт, сохраняют не только дампы, но и PIN-коды. Недавно так отличилась компания Fujitsu Transaction Solutions.

— Выходит, банкиры лукавят, заявляя, что взломать PIN-коды невоз-PIN-коды невоз-коды невозможно…

— Everyone lies[1].

— А «пины», которые нашли у Сапрыкина, — перешла к более предметному разговору Галина Аркадьевна, — они откуда?

— В начале 2004 года я познакомился с Black Monarch — одним из модераторов carder.org — первого в мире форума для кардеров. Тот продавал американские дампы с «пином», но только для «своих», так как не мог делать их много — всего штук по пятьсот в месяц.

— Ничего себе! Как вы обналичивали такие количества?

— Отдавали дропам (обнальщикам) в разных странах, оставляли им 15–30 %, и те присылали нашу долю по Western Union. Все из них, за исключением обнальщиков на местах, которых я контролировал лично, обманывали нас и утаивали огромные суммы. Проверить, сколько сняли с твоего дампа, чаще всего невозможно.

— Ты сказал, что Black Monarch «делал» дампы с «пинами». Как он их делал? — оживилась адвокат.

— Вкратце схема такова: берем дамп с оригинальным первым треком — там есть настоящее имя кардхолдера. Заходим на www.accurint.com, вбиваем ФИО жертвы, находим его SSN (Social Security Number — номер социального страхования, который положено иметь всем гражданам США в возрасте от одного года), дату рождения, адрес и телефон — чем больше данных о жертве соберем, тем лучше. Понятно, что если имя холдера будет John Smith, то мы устанем гадать, кто же из тех двух тысяч джонов смитов, что выдаст нам в результатах поиска accurint, и есть наш, поэтому дамп нужно изначально выбирать с редкой для Америки фамилией. Дальше идем на сайт банка, выдавшего карту, «энроллим» ее (от англ. enroll — «регистрировать») — то есть открываем онлайн-доступ к карте — и особым образом меняем PIN-код. Правда, сменить его можно было не на всех картах, тогда такие дампы с уже открытым онлайн-доступом к карте, а значит, известным балансом, мы продавали — за 15 % суммы на карте. Рентабельность моей работы с Black Monarch превышала 300 %.

Когда совсем нечем было заняться, я через Skype звонил «терпилам» и под благовидным предлогом разводил их на «пины». Можно это и в автоматическом режиме замутить: жертве позвонит программа-робот, озвучит заранее записанный текст, предупреждающий о подозрительных операциях с его счетом, и проинструктирует клиента сообщить номер его кредитной карты, срок ее действия и PIN-код.

— А что делать, если нет доступа к конторе типа accurint? Где искать SNN и прочие личные данные владельца карты?

— На кардерских форумах хватает людей, которые поставили поиск личных данных американцев на поток. Стоит все удовольствие $3–5. Почему именно американцев? Дело в том, что подробные базы с полной информацией о гражданах, включая сведения о браках и разводах, судимостях, месте работы, движимом и недвижимом имуществе, зарегистрированном оружии, кредитную историю и т. п., есть только в Штатах. По Евросоюзу единой базы нет, только по отдельным странам. К тому же в Америке проживает 300 млн потенциальных потерпевших, а, к примеру, в Бельгии — всего десять. Есть разница?

— Как еще можно узнать PIN-код?

— В последний год серьезные обороты набрал фишинг (phishing).

— ?..

— Искаженное английское fishing («рыбалка»). Пользователям рассылаются сообщения со ссылками на сайты, как две капли воды похожие на сайты настоящих банков, платежных систем, социальных сетей и т. д., где злоумышленники выуживают у доверчивых пользователей ценные личные данные — логины и пароли, номера кредиток, PIN-коды, доступы к различным платным сайтам и прочее. По сути, фишинг — это классическая разводка, искусство выдавать себя за того, кем не являешься. Он основывается на незнании пользователями элементарных вещей — в частности, того, что банки и различные сервисы никогда не рассылают писем с просьбами сообщить свои учетные данные. Фишинг особенно распространен в США, где высокий уровень законопослушности населения — если банк прислал запрос, то на него надо обязательно ответить.

— А для чего фишеры крадут доступы к аккаунтам в социальных сетях?

— Для заманивания новых лохов, конечно. Вероятность того, что участник социальной сети пройдет по присланной от имени друга ссылке, примерно в десять раз выше, чем если бы эта ссылка пришла к нему по электронной почте.

Для защиты от фишинга производители интернет-браузеров уже встраивают в них антифишинговую защиту, но проверка на фишинг увеличивает время загрузки страниц и многие юзеры ее просто отключают. Невнимательность и наивность по-прежнему остаются главной причиной любых проблем. Известен случай, когда утром в Лондоне на парковках возле офисов компаний были кем-то «потеряны» флешки. Нашедшие их сотрудники, недолго думая, засовывали устройства в рабочие компьютеры — видимо, хотели посмотреть, что на них записано. Вот так, без особых усилий во многие корпоративные сети проник «троян».

— Ну а какое отношение «пины» имеют к фишингу? — недоумевала моя адвокат.

— У многих фишеров скопились просто гигантские массивы карт и PIN-кодов. Заметьте, карт — но не дампов. Зато дампы были у нас, кардеров, и некоторые из баз насчитывали миллионы треков. Мне пришла логичная идея сравнить на соответствие базы карт с базами дампов. Сравнение происходило, понятное дело, по номеру карточки.

— Получилось?

— Еще бы. Процент совпадений не превышал 0,3 %, но, учитывая, что и у фишеров, и у кардеров на руках были миллионы карт, это стало для меня отличным заработком.

вернуться
1

«Все врут» (англ.).
За ВДВ...
Аватара пользователя
admin
Администратор
 
Зарегистрирован: 19 сен 2013, 19:36

След.

Вернуться в Информатика-SEO,IT,сайты.

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

Наверх .